Драма

Этот триллер — не про сон, а про явившуюся в нём угрозу. Сара мечтает о смерти сына-моряка на тонущем корабле. Эти видения настолько реальны, что она убеждена: это вещее предупреждение. Бросив всё, женщина мчится в порт, чтобы предотвратить катастрофу и спасти незнакомого ей человека от загадочного убийцы. Но как доказать то, что видела только ты? Фильм держит в напряжении вопросом: грань между безумием и даром пророчества стирается там, где начинается погоня за призраком из собственных кошмаров

Когда в соседний дом въезжает шумная пара, угрюмый и циничный Отто поначалу встречает их со всем своим сарказмом. Однако навязчивая, но проницательная беременная Марисоль ломает его ледяную оболочку. Её упрямая доброта и неудобные вопросы медленно вытягивают Отто из скорлупы одиночества после утраты. Эта неожиданная дружба заставляет его пересмотреть свою закрытую жизнь и открыться миру, который он давно отверг.

Продолжение комической истории о французской паре, чьи дочери вышли замуж за мужчин разных национальностей. На этот раз Клод и Мари Верней готовятся стать дедушкой и бабушкой. Но когда рождается их первый внук, цвет его кожи оказывается лишь началом череды новых, еще более абсурдных и неловких ситуаций, которые поставят терпение буржуа на грань катастрофы в этой неполиткорректной комедии.

Шесть лет назад обломки спутника занесли на Землю чужеродную жизнь. Теперь обширные территории Мексики — опасная карантинная зона, кишащая ужасными существами. Чтобы добраться до США, фотожурналист вынужден стать проводником для туристки через этот смертоносный «инферно». Их путь сквозь зараженные джунгли превращается в борьбу не только с внешними монстрами, но и со своими страхами в тишине, которая таит главную угрозу.

Атланта, 1940-е. Упрямая и одинокая пожилая леди Дейзи Вертан, чьи расовые предрассудки уходят корнями в её южное воспитание, вынуждена принять услуги нового шофёра — терпеливого и мудрого афроамериканца Хоука Колберна. Их вынужденное соседство в салоне автомобиля через годы превращается из взаимного непонимания в трогательную, преодолевающую социальные барьеры дружбу. Эта тихая драма — история медленного таяния льда между двумя разными мирами на фоне меняющейся Америки.

Скорбящая вдова Харпер ищет уединения в тихой деревне, но её попытка обрести покой оборачивается кошмаром. Заблудившись в лесу, она обнаруживает старый тоннель. Любопытство берёт верх над страхом, и своим присутствием она нарушает древний покой. Теперь за ней по пятам следует нечто безжалостное и зловещее, что вышло из мрака прямо ей навстречу. Тишина природы стала полной угрозы. (Это описание основано исключительно на предоставленном тексте; фильм \"Род мужской\" (2022) имеет совершенно другой сюжет).

Отчаявшийся молодой Диккенс, чьи книги провалились, в канун Рождества ставит всё на кон. На последние деньги он решает написать роман, который должен изменить его судьбу. Вдохновением становится сама волшебная атмосфера праздника и вера в чудо. Это история о том, как рождался классик и как одно смелое решение под Рождество может подарить миру бессмертную историю.

Тихий городок, затерянный в болотах. Местная отшельница Киа, прозванная «болотной девочкой», с детства живет по законам природы. Её одиночество нарушают двое юношей, открывая ей мир чувств и доверия. Но когда одного из них находят мертвым, вся вина падает на чудачку-изгоя. Теперь ей придется бороться не только с предрассудками, но и за свою жизнь и правду среди тростниковых топей.

В Мехико роковая авария навсегда связывает троих незнакомцев. Под обломками их машин рушатся и жизни, обнажая предательства, боль и потаённые страхи. Это жестокая история о хрупкости существования, где каждый вынужден смотреть в глаза своим демонам в поисках искупления среди хаоса и боли.

Жарким летом 1992 года жизнь Уильяма рушится: его увольвают, а суд запрещает видеться с дочерью. Озлобленный и отчаявшийся, он решает прорваться на день рождения ребёнка любой ценой. Его яростный путь через раскалённый город все воспринимают как безумие маньяка. Лишь детектив Прендергаст понимает истинную причину этой разрушительной агрессии — это крик души отца, загнанного в угол системой и тоской по своему ребёнку.